В Архангельске прошел IV Межрегиональный съезд поморов. Выяснилось, что у этих славных, мужественных людей немало вопросов к властям.

Поморские сказки

Форум, состоявшийся в большом зале филармонии, как водится, начался с приветствий.

Интересно, что практически все, кто выступал, дружно именовали съезд не межрегиональным, а международным. И было отчего. Самой многочисленной делегацией гостей на этом форуме была норвежская. С теплыми словами к собравшимся обратился генеральный консул Норвегии в Мурманске Ойвинд Нордслеттен, председатель Ассоциации поморов Норвегии из города Варде Тур Робертсен. И выступали они раскованно и душевно. К примеру, Тур Робертсен рассказал участникам форума о написанной им книге «Поморские сказки», в которой идет речь о жизни простых норвежцев, живущих у моря. А Ойвинд Нордслеттен передал собравшимся северный норвежский поклон от своих земляков и пожелал, чтобы впредь такие съезды стали международными.

- С давних времен, - отметил он, - русские поморы продавали нам зерно и муку, а норвежцы предлагали им сушеную треску и соленую селедку. Рыба и сегодня остается самым ценным товаром между нами и соседями. Приятно, что сегодня давние традиции и связи возобновляются. Рыбный промысел, разработка месторождений на шельфах морей - все это и многое другое открывает большие перспективы для совместного сотрудничества.

Первая часть форума была скорее праздничной, чем рабочей. Выступил Северный русский народный хор с девицами-лебедушками и бравыми «робятами», прозвучали гимны - российский и архангельский (весь пронизанный колокольным звоном), были переданы приветствия от председателя Госдумы Бориса Грызлова и «баренц-папы» (как его называют норвежцы) Торвальда Столтенберга. Напомню, это экс-министр иностранных дел Норвегии, член международного клуба «Поморское братство», куда его приняли, кстати, архангельские поморы на фестивале в Варде.

А учителке - 24 коровы

Но праздник закончился, и началась работа. Делегаты разошлись по трем заявленным секциям - «Наука», «Бизнес», «Культура». И приподнятое настроение очень быстро уступило место озабоченности, а взаимные комплименты - ожесточенным дискуссиям. Уж очень много забот накопилось у рядовых поморов. И особенно в селах и деревнях в глубинке, балансирующих на грани выживания.

О наболевшем на секции «Наука» поведал председатель СПК рыболовецкого колхоза «Чапома» Мурманской области, участник всех четырех поморских съездов Бенедикт Гофман:

- Современное положение поморов, проживающих на Беломорском побережье, это путь в никуда, обнищание и деградация. Отток населения в города, брошенные деревни, исчезновение их с лица земли или захват приезжими, которым чужды проблемы поморов... Сегодня поморы настаивают по своему конституционному праву на включении в Единый перечень коренных малочисленных народов РФ, потому что только так в современных условиях можно сохранить свои права на исторические территории проживания и хозяйственной деятельности, на свой самобытный образ жизни, культуру и язык.

Бенедикт Гофман напомнил, что распоряжением правительства РФ от 8 мая 2009 года Терский район наряду с Ловозерским и Кольским отнесен к местам традиционного проживания и традиционной же хозяйственной деятельности КМНС, там же дан перечень ее видов. Поморы до сих пор недоумевают: в соседних Кольском и Ловозерском районах представители КМНС - саамы - имеют льготы, определенные законодательством. А живущие в таких же условиях, если не в худших, непризнанные поморы Терского берега лишены этих преференций.

В качестве примера Бенедикт Гофман привел типичное село Терского берега - Чапому. Оно впервые упоминается в 1563 году как «тоня с заборишком». В селе тогда добывалось до 600 пудов семги, до 700 штук тюленей. 60 процентов дохода чапомляне получали от вылова семги, 20 - от зверобойного промысла (с 2009 года он запрещен - безосновательно, по мнению поморов). В 1914-м население составляло 386 жителей. В селе было 66 дворов, имелись церковь, церковноприходская школа. Учительнице платили 240 рублей в год, на эти деньги можно было тогда купить 24 коровы.

Сегодня во всей Чапоме обучаются два ученика. Два! Жителей здесь меньше ста. А рыболовецкий колхоз «Чапома», организованный в 2002 году, имевший тогда квоту на вылов 10 тонн семги, в 2010 году получил уже 2 тонны. Часть квоты перетекла из промышленного в спортивное и любительское рыболовство. Из-за ее уменьшения и запрета промысла тюленей существенно упали заработки. Уровень безработицы в Терском районе самый высокий в Мурманской области.

Охота жестока - но ведь охота...

К этим словам присоединились многие делегаты-поморы, и не только из Мурманской области. Архангелогородцы, карелы, участники форума из Ненецкого автономного округа, Коми, практически повторяя друг друга, говорили об одном: присвойте нашему народу статус КМНС с соответствующими льготами и возобновите промысел тюленя. Пусть не белька, которого так защищали в свое время звезды шоу-бизнеса и СМИ, разрешите добывать серку, подросшего тюленя. Без этого нам не выжить.

Ведь обещало правительство РФ дотации на замещение выпадающих доходов в связи с запретом зверобойного промысла, и газеты об этом радостно писали. Ан нет - так ни копейки и не поступило.

Да, зверобойка - дело малоэстетичное и к душевности не располагает. Только это вековой промысел поморов, дающий и еду, и одежду, и жир для того, чтобы шить настоящий поморский карбас для промысла: им доски пропитывают. В конце концов, чем этот промысел принципиально отличается от забоя домашнего скота? И котлетки, ради которых пришлось приговорить корову, свинью или овечку, у большинства в горле не застревают. И сапожками из кожи телят (тоже, кстати, очаровательные существа), дубленками из шкурок маленьких ягнят мало кто брезгует.

- Любая охота жестока, - согласилась участница съезда доктор биологических наук из Российского института природного и культурного наследия имени Д. С. Лихачева Людмила Богословская. - Но для поморов это традиционный промысел. Напомню, что в Америке лишь коренные жители, эскимосы и чукчи, имеют право на китобойный промысел, так как для них это основной источник питания. Остальному населению страны он запрещен. А что касается поморов, сегодня ситуация очень тревожная: происходит депопуляция, их становится все меньше. Есть ли будущее у поморов, зависит не только от них. Нужно, чтобы наши законодатели поняли наконец, что вся культура, история и традиции держатся на тех группах населения, которые живут на земле, а не в городах.

Общение на секциях и в кулуарах было активным. Поморы настаивали на причислении себя к коренным малочисленным народам и, как следствие, на получении поддержки и льгот от государства. Представители официальных властей пространно рассуждали о возможностях привлечения в регион инвестиций и использовании бренда региона, частью которого должно стать «поморское наследие». В ответ на тревожные выступления поморов, что их деревни хиреют и умирают, а помочь могут льготы КМНС, чиновники высоких рангов в утешительных тонах, очень деликатно, но все же отстраняли их от федеральных преференций. И успокаивали: не только в Поморье деревни пустеют, но и во всей России... И во всем мире. Мол, процесс урбанизации, против него не попрешь. Порой казалось, что идет не форум, а опера, где по краям сцены поют два солиста: каждый выводит свое и слушает только себя, чтобы не сбиться.

Единственное, с чем все согласились безоговорочно, так это с тем, что поморы - великий народ, который очень много сделал для России. А стало быть, многого и заслуживает.

- В освоении российской Арктики огромную роль сыграло коренное поморское население Архангельской, Мурманской областей, Карелии и Ненецкого автономного округа, - отметил директор Поморского института коренных и малочисленных народов Севера Северного Арктического федерального университета Иван Мосеев.- Подчеркну, что ни один коренной народ российского Севера не смог освоить огромные пространства арктических морей, покоренные за сотни лет поморами. Фактически благодаря поморам Арктика вошла в состав земель русского государства. Исследователи шли в нее по следам поморов и с поморами в составе экипажей судов.

И кибас - на удачу

Четвертый поморский съезд продлился и на второй день, поскольку в первый не все обговорили. Предложений было много, но когда кто-то из участников выдвинул требование - поставить на центральной площади Архангельска вместо памятника Ленину памятник помору или его матери, все решили, что пора финишировать. Тем более что по поморскому календарю наступил Новый год и всем хотелось праздника после напряженной работы.

А своеобразным символом съезда стал кибас - сувенир, который вместе с блокнотами и программами форума подарили каждому делегату. На первый взгляд, он неказист - это поморское грузило, обычный камень, жестко закрепленный берестяным крестом в можжевеловый круг. Его принято, как русскую подкову, вешать на счастье над порогом дома, над колыбелью младенца. С одной стороны, брось этот кибас в воду - пойдет ко дну. А с другой, именно он не дает мотыляться на рыбалке наживке куда попало, дает необходимую остойчивость, без которой рыбки не поймаешь. Поморам сегодня этой остойчивости, стабильности явно не хватает. Так что подарок со смыслом. Есть же у них известная пословица: «Сей день - не без завтра». То есть сегодняшний день не последний, впереди еще много чего. И есть надежда на лучшее.

Фото:
Северный русский народный хор. Фото Павла КОНОНОВА.
Нина АНТОНЯН, Архангельск - Мурманск.