Среди заполярных коллег их имена - своеобразный знак качества. Если работу выполнили главный хранитель фондов Государственного архива Мурманской области Сергей Григорьевич Руденко и его супруга Ирина Евгеньевна, возглавляющая городской архив Мурманска, можно не сомневаться - она сделана на высоком уровне. За десятилетия труда они освоили все направления архивной деятельности, стали специалистами высочайшего класса. И - едва ли не единственной в стране семейной парой, где и муж, и жена удостоены высшей ведомственной награды - знака «Почетный архивист».
Перед свадьбой - обыск
И. Е.: Обычно, представляя архив, люди впадают в две крайности. Первая - дело это скучное, серое, сидишь себе бумажки перебираешь. Вторая - архив знает все обо всем, там секрет на секрете, сплошные тайны, которые скрывают от народа.
С. Г.: Истина, как водится, посередине. Все обо всем мы, конечно, не знаем. Но храним много важной и нужной информации. Секретные документы есть, но их не так много. Основной же документальный массив - в свободном доступе. Рутина, как в любом деле, присутствует. Но работа интересная. И требует душевной отдачи, особенно при исполнении запросов, потому что люди часто обращаются с проблемами, просят помочь. И специальные знания тоже нужны, и понимание истории. Чтобы, допустим, осознавать, что брачный обыск - это не милицейское понятие, не поиск вещей и ценностей, а опрос, который до революции перед венчанием проводили и фиксировали на бумаге священники, дабы установить отсутствие препятствий к заключению брака.
Слово «архив» они впервые услышали в старших классах школы. Еще не зная, что именно с архивами будет связана вся дальнейшая жизнь.
С. Г.: Я вырос на Украине, в поселке Ладан Черниговской области. Школу окончил с золотой медалью. В Советском Союзе выходили книжечки «Куда пойти учиться?» - перечень вузов и специальностей. У меня такая была. И одно из направлений, которое там значилось, - историк-архивист.
И. Е.: Мое детство прошло на Урале, в закрытом городе Свердловск-44, нынешнем Новоуральске. Мама была библиотекарем, поэтому я, можно сказать, выросла в библиотеке. И про архив думала, что это та же библиотека, только хранятся там не тиражированные издания. Редкие. Те, которые в единственном экземпляре. А значит - более интересные.
Карта на столе
Тогда архивистов на всю огромную страну готовили лишь три вуза: в Москве, Киеве и в Свердловске. Ирина Евгеньевна поступила в Свердловский университет, Сергей Григорьевич - в Киевский. Вроде бы далеко друг от друга. Но судьба сложилась так, что на работу, получив высшее образование, они вышли в один день - 1 августа 1984-го. И в одно учреждение - в Государственный архив Ровенской области. Там и познакомились. Вскоре знакомство перешло в дружбу, потом в еще более глубокое чувство. 20 июня 1986 года они поженились. В ровенском архиве проработали четыре года и покинули его в первую очередь по финансовым соображениям.
С. Г.: Зарплата у меня была 105 рублей, а курица на рынке стоила 12 рублей. Вот и считайте. Местные сотрудники архива выживали за счет поездок к родне в села. На выходные уезжали и возвращались с полными мешками и сумками. У нас такой возможности не было.
И. Е.: Правда, коммунальные платежи были чисто символическими. Но цены на одежду и обувь - зашкаливали. В конце концов мы расстелили на столе карту Советского Союза и стали выбирать, куда отправиться. И выбрали Мурманск. Обычно люди с Севера на юг едут, ну а мы - в обратном направлении. И только приехав, еще без полярок, за счет районного коэффициента, стали получать больше директора ровенского архива.
Колготки к празднику
Первой, в конце мая 1988 года, в Мурманск прибыла Ирина Евгеньевна. Заполярный климат преподнес сюрприз.
И. Е.: Я приехала из Ровно в пальто - там было холодно и шел дождь. В Мурманске стояла жара, солнце светило круглые сутки. Хозяева, с которыми мы менялись квартирами, сказали: «Какие гостиницы, что вы». И оставили у себя. Так тогда было принято. В магазинах лежало все. И сам город был очень красив.
С. Г.: Мы застали время еще до постройки специализированного здания, в котором сейчас находится основной массив документов и размещаются руководящие органы. Архив тогда был раскидан по городу, по разным приспособленным помещениям. В октябре 1988-го, когда я уже окончательно переехал, все архивисты ходили радостные, возбужденные - стройка началась, экскаватор вырыл первый ковш.
Новый просторный дом по многим ныне знакомому адресу улица Карла Либкнехта, 35, архивисты обрели в 1990 году. Архивную отрасль Мурмана тогда возглавлял Владимир Заяц.
С. Г.: Заяц сразу попросил у меня паспорт с пропиской и партбилет. Он был убежденным коммунистом. И высоко ценил моральный дух коллектива. И в самые непростые годы делал все, чтобы мы себя чувствовали нормально, в том числе в экономическом плане. К примеру, рядом с архивом был магазин «Колос». Если что-то дефицитное «выбросили» - колбасу или еще что, - отпускал одного человека занять очередь, а потом мы всей толпой туда бежали.
И. Е.: Или - на Восьмое марта каждой архивистке дарил колготки. В эпоху тотального дефицита раздобыть их - уже был подвиг. Он это делал.
Печатные машинки на учете в КГБ
Так началась их работа в Государственном архиве Мурманской области. Если смотреть из сегодняшнего дня, некоторые моменты могут вызвать улыбку. А тогда было не до смеха.
И. Е.: Компьютеров не было, и мы на многие виды деятельности тратили гораздо больше времени, чем теперь. Я в отделе научно-справочного аппарата трудилась. Составляла исторические справки. Писала от руки на бумаге, сдавала машинистке, она их складывала в сейф и порой теряла. Несколько справок таким образом исчезли. Я предложила: «Давайте сама напечатаю, я умею». Но печатные машинки считались множительной техникой, состояли на учете в комитете госбезопасности, их опечатывали на время праздников и мне не давали. Опасались, видимо, что я что-то антисоветское напечатаю. Такие, технические, по сути, проблемы, очень тормозили дело.
Начались «лихие 90-е». Конечно, было непросто. Но архивное дело все-таки развивалось, а с трудностями - справлялись.
И. Е.: Моложе были, воспринимали все не так мрачно, переносили легче. Да и начальство помогало. Помню, как-то вызывает меня директор архива тех лет Елизавета Сергеева и говорит: «Рина, тут войсковая часть ликвидируется. Заключи-ка ты там договор на коммерческую обработку документов. И можешь пару часов в день в рабочее время заниматься ими». Конечно, я в основном все делала дома, на выходных, но тем не менее. И это не единичный случай. Молокозавод, областной избирком. Были такие приработки, которые помогали держаться на плаву.
С. Г.: Коллектив был намного меньше. Дни рождения - на всех, праздники - на всех. Было весело. Имелись штатные пирожницы. Делали общий стол. Даже когда Мурманск принимал научно-методический совет архивных учреждений Северо-Запада РФ, пироги для итогового банкета пекли сами архивистки. Все скинулись, с миру по нитке собрали продукты. Гости остались довольны.
Секретов стало меньше
Одна из особенностей эпохи - в 90-е активно шло рассекречивание документов. Работала специальная комиссия, в состав которой входили не только архивисты.
С. Г.: В полной мере значимость этой работы осознавал, например, Павел Сажинов. Для нашего региона историческая личность - первый председатель областной думы. И он всегда очень скрупулезно вычитывал каждую строчку в документах, приготовленных к рассекречиванию.
И. Е.: Вообще многие руководители города и региона уделяли и уделяют архивам большое внимание. В начале 90-х, когда впервые появилось распоряжение главы областной администрации о том, что организации должны упорядочивать документы трехлетней давности, мне порой говорили: «Да идите вы с этим распоряжением...» Но когда губернатором стал Юрий Евдокимов (1996-2009 гг. - Д. Е.), он уже в смысле соблюдения архивных норм и правил потихоньку начал закручивать гайки. И мэр Мурманска Олег Найденов (1991-2003 гг. - Д. Е.) сразу начал гайки заворачивать. И сегодня всё уже совсем по-другому.
«Универсальный холуй»
Главное, что сберегается в архивах, - это, конечно, документы. И тот, кто скажет, что они сухие, равнодушные свидетели прошлого, погрешит против истины. Порой в них буквально бушуют страсти, находится место самым разным эмоциям.
С. Г.: Вот, скажем, датированное августом 1921-го заявление сотрудника мурманского губполитпросвета Сторчака на имя своего начальника, где он просит избавить его от «обязанностей универсального холуя, которого я сейчас должность занимаю под видом зав. секцией клубов и народных домов». Прямо сквозь текст чувствуется, как у человека накипело.
И. Е.: А на меня большое впечатление произвело письмо конторщицы Мурманской железной дороги Истоминой начальнику города Мурманска (была при белых такая должность), написанное в декабре 1919-го. Она просит выдать ей вроде бы обычную вещь - валенки, но делает это в весьма изысканных выражениях. Обращается к адресату «милостивый государь», сообщает, что пришли «глубокой силы морозные дни», что не хочет «умереть в Мурманске», что у нее только тонкие рваные ботинки, в которых нужно ходить за полторы версты на работу, что почти каждый день плачет от тоски. И сразу возникает образ одинокой интеллигентной женщины, переживавшей в Заполярье лихолетье Гражданской войны...
Современность предъявляет новые требования, выдвигает новые задачи. И работать сегодня в чем-то сложней, в чем-то проще.
С. Г.: Самый острый вопрос сейчас - электронный документооборот. Все создают электронные документы, но никто толком не знает, что с ними делать. Архивы принимают документы в электронном виде, но как это делать правильно - непонятно. То есть электронный документооборот - это проблема, но это и перспектива. И нужно, конечно, по этому поводу что-то решать, потому что количество таких документов растет как снежный ком.
И. Е.: Когда в 2004 году я пришла в Городской архив по личному составу, там был один компьютер на всех. Сейчас все иначе. И это сильно облегчает жизнь. Путеводители, списки фондов, картотека, даже многие документы уже переведены в электронный вид. И в этом плане сегодня работается проще, чем в те же 90-е.
Профессия - вечная
Будущее, как известно, туманно. Но если попытаться взглянуть сквозь время, выяснится, что архивы и архивисты, вполне вероятно, будут востребованы и в нашем завтра.
С. Г.: Пока существуют человеческие коллективы, будут существовать и документы. Никакая организация не сможет без них функционировать. А если есть документы, то их надо хранить, сортировать, использовать. И значит - понадобятся архивисты.
И. Е.: Так что наша профессия хотя и достаточно редкая, но практически вечная.
Уже очень скоро супруги Руденко выйдут на пенсию и переедут в Калининград. Мурманский период жизни Сергея Григорьевича и Ирины Евгеньевны подходит к концу. А архивный - нет.
И. Е.: Мы прожили на Кольском Севере почти 40 прекрасных лет. Уедем - будем скучать. Я сейчас хожу и фотографирую телефоном направо и налево, чтобы увезти с собой и сохранить в памяти как можно больше Мурманска, как можно больше архива. Следующие несколько лет планируем посвятить написанию мемуаров. И, конечно, будем поддерживать связь с коллегами, остающимися здесь.
С. Г.: Задача архивистов - хранить прошлое ради будущего и помогать людям. Хочется пожелать, чтобы так оставалось и впредь. Коллегам - не останавливаться на достигнутом, расти, совершенствоваться. И чтобы наш труд ценили по достоинству.
