Я озадачена. И расстроена. Жизнь требует от меня невозможного, мне так кажется. Кажется, что жизнь, или кажется, что невозможного? Хм-м…
…На экране крупным планом - хрупкая блондинка, как принято говорить. По-моему, это Светлана Иванова. Она за рулем какой-то военной вездепроходимой машины. Выкрала своего раненого ребенка у грузин (речь идет о грузино-осетинском конфликте), угнала у них автомобиль и несется к границе. Ее преследует группа вооруженных людей, тоже на вездепроходимых военных машинах. Она ловко разворачивается и мчится сначала по полю, потом по непроезжей дороге, потом вовсе по лесу. И по пути пытается еще привести ребенка в чувство, рассказывает ему сказку. А грузинские машины, стреляя практически в упор, так ни разу (слава богу!) и не попали в беглецов, и постепенно одна за другой, врезаясь в деревья, остаются в лесу… Затем будет стычка на блокпосту, и блондинка, непрерывно рассказывая сказки, уйдет не только от них, но и от прицельного танкового огня.
На этом месте я выключила телевизор и пригорюнилась. Блондинки, брюнетки и шатенки на экране постоянно вступают в единоборство с жестоким миром - то с преступниками успешно борются, то на войне фору дают профессионалам. То в тюрьме, на худой конец, посидят по оговору (подводят их под это дело, как правило, мужья-мерзавцы), после чего выходят и становятся богатыми и знаменитыми - модельерами или дизайнерами. Писательницами тоже могут.
И вот приходится то и дело выключать телевизор. Иначе самооценка падает. Я ведь знаю, что никогда не смогу так. Вы скажете - ну и что? А то. Вы знаете, в чем разница между мужчиной-телезрителем и женщиной-телезрительницей? Психологи объясняют, что женщина идентифицирует себя с главной героиней. Мужчина более отстраненно воспринимает сюжет - книги ли, кино ли. А женщина - она буквально сама не своя становится, она вся там, в этом действии. Как же я могу идентифицировать себя без ущерба для психики с такой супергероиней? Не получается. И психика трещит по швам.
Вспоминаю героинь прежних лет - советского киноэкрана либо современных экранизаций опять-таки советской литературы или русской классики. Конечно, и там была Лариса Голубкина в роли гусара. Или Нонна Мордюкова то председательствовала, то комиссарила. Или Алина Покровская оперировала в санитарном поезде. Но то ведь в войну. А в мирное время «подвиги» требовались от нас другие. Та же Нонна Мордюкова в «Родне», Татьяна Доронина в «Мачехе» и «Трех тополях», Наталья Гундарева в «Однажды двадцать лет спустя». Или Дарья Мороз в «Живи и помни».… Учили любить. Тоже - трудности, испытания, горе… Но человеческие. Без этого жизнь не проживешь.
А станет трудно - вспомнишь этих героинь, словно водой умоешься, легче станет, светлее как-то и понятнее что-то про жизнь. Которая, так хочется, не требовала бы от нас невозможного. Впрочем, наверное, это и не жизнь требует, а те, кто «так ее видят»? Или все-таки она, жизнь, так изменилась? Об этом я и думаю, выключив телевизор.
