Красноречивее любых боевых характеристик и наградных листов о фельдшере из бригады морской пехоты Северного флота Сергее с позывным «Знахарь» говорит количество спасенных им на передовой сослуживцев. За время боевой работы старшего прапорщика на СВО таковых в подразделении набралось уже более полусотни человек.

Судьбоносное решение

В самую гуманную профессию Сергей пришел сразу после службы по призыву, поступив на факультет среднего профессионального образования Военно-медицинской академии имени С. М. Кирова в Санкт-Петербурге. Именно там он навсегда усвоил, что в один ряд с мастерством, знаниями и ответственностью военного медика всегда ставятся его смелость, готовность к риску и самопожертвованию.

 Оканчивая обучение по программе «Лечебное дело», медик встал перед выбором - продолжить службу в мотострелковых войсках или в морской пехоте? Без долгих колебаний он решил примкнуть к «черным беретам» и отправился на Крайний Север в отдельную гвардейскую бригаду морской пехоты Северного флота. Так прапорщик «Знахарь» стал фельдшером десантно-штурмовой роты.

- Поначалу в новой должности было нелегко, - вспоминает Сергей. - Во-первых, отсутствовал опыт работы в медицине и службы в морской пехоте, а на мои плечи с первого дня легли большая ответственность и широкий круг обязанностей ротного фельдшера. Во-вторых, все же нужно было привыкнуть к специфическому северному климату. Родом я из Ростовской области и в Заполярье никогда не бывал, это тоже доставляло некий дискомфорт.

Опытные наставники, среди которых «Знахарь» особо отмечает начальника медслужбы соединения майора медицинской службы Павла Дороднова, помогли молодому медику стать настоящим морпехом и опытным специалистом. Не последнюю роль в этом сыграли интенсивная боевая учеба и занятия спортом.

Дорога фронтовая

Известие об убытии своего подразделения в зону военного конфликта застало Сергея на малой родине в Ростовской области, где он проводил отпуск с семьей. Поэтому эшелон морской пехоты ему пришлось догонять уже в Донбассе.

- Супруга не сразу поняла, куда и зачем я так спешно уехал. Честно говоря, я и сам не осознавал тогда всю серьезность происходящего, - говорит «Знахарь». Так получилось, что по прибытии в зону боевых действий его и еще несколько человек из разных подразделений, которых тоже вызвали из отпуска, ночью разместили в школе. Ее здание недавно перенесло атаку американской РСЗО HIMARS, которую враги частенько применяли по гражданским объектам. Там они дожидались бронетранспортера, чтобы продолжить путь в свои части.

- Где-то часа в три или четыре погрузились на «броню» и поехали к нашим, - вспоминает Сергей. - В темноте и тумане было не разобрать, что нас окружает. Потом выглянуло солнце и начался, как тогда его назвал, мрачный рассвет. Кругом были воронки от разрывов снарядов, разрушенные многоэтажки, покореженные автомобили. Пока мы ехали, начался очередной артобстрел. Вот тогда-то ко всем и пришло осознание украинского геноцида на Донбассе.

В кромешной темноте

Рассказал «Знахарь» и про то, как впервые спасал жизнь боевого товарища на спецоперации.

- Метрах в ста от наших позиций окопалось подразделение местных добровольцев. Ровно в полночь по нам и, соответственно, по ним начали работать 120-мм минометы. Как только прогремели первые разрывы, я схватил медицинский рюкзак и выбежал в траншею. Слава богу, ни один снаряд тогда не залетел к нам в окоп, но осколками зацепило одного из добровольцев, - рассказывает фельдшер. - От них за мной прибежал парнишка и сказал, что у раненого серьезная травма, нужна моя помощь.

Темнота была страшная, не видно было даже вытянутой руки. А чтобы не демаскировать позиции, все ходили без фонариков. Не знаю, как боец мог что-то рассмотреть в такой кромешной тьме. Наверное, у него было зрение, как у кошки, но все сто метров я шел позади и держался рукой за его бронежилет.

Добравшись до места, «Знахарь» приступил к оказанию медицинской помощи пострадавшему. Делать это ему пришлось при свете пламени зажигалок, которые держали в руках добровольцы. До прибытия фельдшера они успели зажгутовать и обезболить своего товарища.

- Ранение у него было достаточно серьезное - осколки попали в локоть и рассекли всю левую икру от пятки до колена, - продолжает свой рассказ морпех. - Я наложил бандажи и зафиксировал конечности, после чего мы вынесли его с позиций и передали подъехавшей на БТРе группе эвакуации.

Под пулями врага

За годы службы в зоне СВО Сергею не раз приходилось участвовать и в стрелковом бою. Однажды сопровождал штурмовое подразделение на зачистку освобожденного населенного пункта. Следовавшие вдоль железнодорожного полотна морпехи наткнулись на спрятавшихся в лесополосе украинских боевиков. Те открыли беспорядочный огонь. Наши бойцы мгновенно рассредоточились, приняли бой и начали ликвидировать неонацистов одного за другим.

Вдруг кто-то из морских пехотинцев крикнул: «Медика срочно! «Мегафон» - 300!»

«Знахарь» короткими перебежками, а местами и ползком стал пробираться к раненому, одновременно ведя огонь по неприятелю из автомата. Преодолев таким образом несколько сотен метров, он добрался до пострадавшего, оказал ему первую помощь и вместе с товарищами нес его на носилках четыре километра до точки эвакуации.

Как в кино

Другой запомнившийся фельдшеру случай произошел под Угледаром, сам он назвал его «28 панфиловцев». В тот раз морпехи штурмовали лесополосы. Выбив боевиков из трех «зеленых форпостов», 28 штурмовиков, в числе которых был и Сергей, закрепились на зачищенной территории.

На всей протяженности удерживаемых лесополос гвардейцы оборудовали несколько пулеметных гнезд и поочередно несли там дежурство днем и ночью. За несколько суток отразили десятки контратак и ожидали прибытия остальных подразделений, чтобы передать им «посадки» и двигаться дальше.

- Буквально спустя сутки после очередной попытки боевиков вернуть лесополосу под свой контроль, на наши позиции вышли несколько военнослужащих ВСУ, - вспоминает «Знахарь». - Впятером, глядя в планшет, непринужденно общаясь и смеясь, они не спеша шли вдоль соседнего зеленого массива, прямиком к нам на позицию. Из-за сбоя геолокации карта в планшете боевиков показывала, что мы стоим значительно дальше, и поэтому они, крикнув «Пацаны, мы свои!», смело зашли на наши позиции. Мы тут же повалили их на землю, отобрали оружие, рации и планшет.

Морпехи, не ожидая такой удачи - взять в плен сразу пятерых языков, среди которых были два офицера и корректировщик артиллерии, не сразу сориентировались, чем их связать. Тогда «Знахарь» принес катушку полевки - телефонного кабеля, нарезал кусками и связал пленных.

Впоследствии оказалось, что заблудившиеся боевики принадлежали к так называемому спецназу егерей, которые особых боевых достижений не продемонстрировали, но считают себя некоей реинкарнацией бандеровцев, воевавших за егерские части вермахта.

Испытан на человечность и отвагу

Боевой путь фельдшера-морпеха не остался без внимания командования. Китель «Знахаря» украшают медали «За отвагу», «За храбрость» II степени и «За спасение погибавших».

Конечно же, десятки выполненных опаснейших боевых задач за годы, проведенные на спецоперации, оставили свой след в душе, да и на теле Сергея в виде шрамов от вражеских пуль и осколков. Не раз он, вытаскивавший своих товарищей буквально с того света, и сам оказывался на носилках эвакуационных бригад.

Как опытный фельдшер Сергей помнит определение медицины от великого русского писателя Антона Павловича Чехова, который был практикующим врачом и называл ее «ежедневным испытанием на человечность». Перефразировав классика, можно сказать, что сегодня вся специальная военная операция является таковым испытанием. Она неустанно проверяет наших воинов на человечность, мужество, отвагу и любовь к Родине.

Денис БЕЛОУСОВ.

«На страже Заполярья».