(Продолжение. Начало в № 45, 49, 53, 57, 61, 63, 69, 84, 88, 92)
11. Карандашный фабрикант и Мурман
Купцы из немцев
Иногда и так бывает: от былых славы, доброго имени и богатства не остается ничего, кроме пяти десятков открыток, на которых твое имя значится как имя издателя. А для тебя открытки были второстепенным делом...
Так случилось с московской купеческой семьей Карнац - обрусевших немцев, живших в Москве со второй половины XIX века. Продавали в Москве писчебумажные и галантерейные товары, имели свою типографию. В 1882 году Василий Федорович Карнац, московский купец 1- й гильдии, приобрел карандашную фабрику, семья Карнац вложила в ее оснащение серьезный капитал. В рекламе с гордостью сообщали, что это первая в России ПАРОВАЯ карандашная фабрика. С 1908 года фабрика стала называться «Торговый Дом В. Ф. Карнац», очень быстро завоевала огромный российский рынок - и производили, и продавали через свою огромную торговую сеть. Карандаши, перья, ручки и прочие письменные принадлежности «Карнац» отличались превосходным качеством, завоевывали бронзовые и серебряные медали на всероссийских художественно- промышленных ярмарках.
С начала Первой мировой войны для немцев, живших в России, хоть и принявших российское гражданство, настали тревожные времена. За Карнацами была установлена постоянная полицейская слежка, но никаких фактов якобы шпионской деятельности подозрительных московских купцов «из немцев» установлено не было.
В 1918 году, спасаясь от ЧК, семья Карнац бросила фабрику и другое имущество и уехала из Москвы в Ригу, через год эми- грировала в Германию. В 1919 году карандашную фабрику Карнац в Москве советская власть национализировала, в 1921 году назвала ее комбинатом ГРАФО М.С.Н.Х., потом карандашной фабрикой им. К. Либкнехта, а в 1930 году закрыла. Карандаши, перья, ручки и прочие письменные принадлежности фабрики В. Ф. Карнац давно стали коллекционными редкостями.
Города и типы, и - Север
От забвения Карнаца уберег- ли… открытки.
В 1900- е годы производитель карандашей стал еще и издателем открыток. С первого года нового века открытки перестали быть только средством почтового сообщения, их стали коллекционировать. А что может заставить коллекционера купить больше открыток? Правильно - серия открыток. Василий Карнац обнаружил: есть обширная сеть магазинов канцтоваров и есть устойчивый спрос на открытки. Значит, стоит выпускать открытки и продавать через свои магазины. Он нанял лучших фотографов, в объективы которых попали все достопримечательности Моск- вы и Подмосковья: Кремль, храмы и монастыри, памятники и музеи, улицы и площади. Эти снимки украсили серии открыток нового издателя В. Ф. Карнаца: «Москва», «Кострома», «Сергиев Посад», «Русские типы» - это портреты в рост горожан от городовых до мальчишек- разносчиков. Издавал он и двойные открытки- панорамы Москвы, до сих пор они выглядят эффектно и нарядно. Все открытки Карнаца печатались в два цвета - черно- белая фотография и подписи красной краской. Получилось празднично, «дорого- богато», ведь открытки с цветными фото появятся позднее.
А еще Карнац издал - ради этого и появилась эта статья - «экзотическую» серию, справедливо рассудив, что почти неизвестный обычному жителю России Север будет весьма интересен и коллекционерам, и просто покупателям. «Север России» (так называлась эта серия из 20 открыток) грамотно начался от Вологодской области, речки Сухоны, городка Тотьмы, продолжился на Северной Двине, в Архангельске, в Кеми, на Соловках и на Мурмане. Фотографы Карнаца заглянули на Кольский полуостров, по Кольскому тракту дошли до Колы, встретили самоедов и коми- пермяков на реке Ижме. В первый и единственный раз на российских открытках появились виды станций древнего Кольского тракта: Имандры, Кицы, Колы.
Трудно в это поверить, но дороги, в обычном понимании, соединявшей север и юг Кольского полуострова, Колу и Кандалакшу, до 1915 года, до постройки Мурманской железной дороги, не было. Сообщение было, а дорог - нет. Добраться пешком, на оленях, с проводниками, вдоль рек, по известным оленьим тропам, переплывая Имандру, с проводниками было можно. Такой поход, кстати, совершил архангельский губернатор А. П. Энгельгардт летом 1895 года, обследуя места для строительства телеграфной линии из Архангельска на Мурман. Он прошел тем же путем, которым сотни поморов несколько веков год за годом добирались с берегов Белого моря до становищ Мурманского побережья на тресковый промысел.
Кольский тракт еще с петровских времен пытались довести до состояния хотя бы грунтовой дороги. Через топи, через ручьи и неширокие речки укладывали деревянные мостки. Кое- где прорубали просеки. По всему тракту через 20- 30 верст были устроены так называемые станции со смотрителями, путники могли обогреться, отдохнуть, заночевать. На старинной карте значатся древние названия станций: Кандаласская, Зашеечная, Екоостровская, Вороньеозерская, Разноволокская, Масельская, Вороньеручевская, Кицкая, Кола.
Удивил еще два раза
Открытки издателя Василия Карнаца с видами станций Кольского тракта в 1900 году - лес да тундра, неказистые сарайчики и бревенчатые избушки, диковатые мужички, потревоженные фотографом, - уникальное свидетельство истории Кольского края.
Через 7 лет после фотографов Карнаца, в 1907 году, а потом еще раз в 1911 году Кольским трактом и вдоль Мурманского берега с фотоаппаратом прошел Захарий Виноградов - знаменитый фотограф- путешественник. В Мурманском областном краеведческом музее хранится коллекция негативов на стекле, которые сделал Виноградов во время своего путешествия. Он издал и фотооткрытки со снимками путешествия по Лапландии. Конечно, они хороши, прекрасного качества, но…
Но первыми свидетельствами нового века на Кольском тракте стали открытки издательства карандашного фабриканта Карнаца.
Фабрикант еще два раза удивил.
Во-первых, открыткой, на которой запечатлен один из старейших храмов на Мурмане - Благовещенский собор в Коле, церковь Благовещения Пресвятой Богородицы, построенная в начале XIX века. Так получилось, что в начале ХХ века Коле не повезло с открытками. Бывший уездный город титул столицы края в 1899 году уступил Александровску, а интерес к открыткам и спрос на них начали расти с 1900- х годов. Все внимание заезжих фотографов и издателей открыток было отдано новому уездному городу, а Кола осталась за скобками. Вот и получилось, что первую «кольскую» открытку с видом городка под горой Соловаракой с западного берега, через Кольский залив, выпустила по фотографии Лейцингера 1887 года фототипия «Шерер и Набгольц», а вторую издал Карнац.
Другой повод для удивления - эх, такая серьезная фирма, а не обошлось без накладок. Досадная опечатка вкралась в подпись на открытке под номером 6. Хотя на фото красуется типично мурманский пейзаж, подпись гласит: «Гранитная скала Муром». Эта опечатка превратила открытку в раритет, бесценную редкость. Славно, что один из немногих известных экземпляров открытки хранится в фондах Мурманского областного краеведческого музея.
(Продолжение следует.)
