(Продолжение. Начало в № 127, 131, 135, 139, 143, 151, 155, 159, 163)
Мы гуляем по Вальпараисо, и город нам определенно глянется. Старинный фуникулер со скрежетом поднимает нас на вершину холма. Мимо проплывают окна жилых домов, они в непосредственной близости от лязгающей железной конструкции. Интересно, насколько комфортна жизнь в квартирах, где постоянно слышится скрип и грохот?
Чилийский Пушкин
С мирадора потрясающий вид на всецветные здания и лоскут океана. А еще в Вальпараисо вкуснейшее мороженое. Агнес заводит нас в кафе, которое настолько хитро запрятано в сплетениях улочек, что мы ни за что не отыскали бы его самостоятельно. Сидим за столиком, едим, пьем вкусный кофе и совсем не думаем об эпидемиях. Появилась возможность погреться - солнце высоко поднялось над горизонтом и основательно прокалило воздух. Намерзшиеся в приантарктических широтах, мы испытываем настоящее блаженство. А в кафе негромко играет музыка «Битлз».
Ланч заканчивается, и Агнес ведет нас в музей Пабло Неруды. Это обязательный пункт экскурсионной программы. Побывать в Вальпо, как его называют и местные, и приезжие, и не заглянуть в дом Неруды - преступление. Неруда - главный чилийский поэт, относятся к нему, как к Пушкину в России. Финал его жизни тоже подернут трагическим флером - подозрительно скорую смерть в госпитале Сантьяго в самый разгар переворота в сентябре 1973-го многие склонны приписывать все тому же Пиночету, которому авторитет коммуниста Неруды был явно не на руку.
Неруда владел тремя домами. Дом в Вальпараисо, как принято считать, самый красивый и самый необычный. Он не то чтобы очень велик, на дворец не тянет, но для одного человека места, бесспорно, хватало. Удивляют крутые и узкие лесенки, наподобие тех, что сооружали в рыцарских замках. Выглядят оригинально, но к ходьбе по ним надо привыкнуть. У туалета почему-то прозрачные стены. Хотя… кого было стесняться легенде чилийской литературы? А еще в доме очень много света. В главной гостиной окна от пола до потолка, все пространство залито потоками солнечных лучей. Жаль, фотографировать в музее запрещено, можно лишь щелкнуть вид из окна.
Походный ужин
В Чили в целом и в Вальпараисо в частности Неруду боготворят. Его портреты и цитаты из произведений печатают на футболках, на фарфоровых тарелках, даже на школьных ластиках (купили один такой сыну в подарок к первому классу), а со статуей этого с виду неказистого толстенького человека фотографируется почти каждый турист.
Есть в Вальпо такая «площадка литераторов», где стоит несколько металлических изваяний наиболее выдающихся чилийских поэтов и прозаиков. Неруда, конечно, главный среди них, но напротив, между прочим, примостилась на лавочке его школьная учительница Габриэла Мистраль, еще одна знаменитая поэтесса. Судьба распорядилась так, что из уроженцев Чили только эти двое были удостоены Нобелевской премии по литературе, с разницей в 26 лет: Мистраль - в 1945-м, Неруда - в 1971-м.
На прогулки и поездки по Вальпараисо у нас ушел почти целый день, и в соседний город под названием Винья-дель-Мар мы заезжаем всего на часок. Да в нем и делать нечего - банальный курортный городок с пальмами и пляжами. Фотографируемся на фоне забавных цветочных часов, заскакиваем в супермаркет, чтобы купить что-нибудь на ужин, и на этом наша экскурсия заканчивается. На пути в Сантьяго уже вполуха слушаем, как Агнес распространяется о виноградных долинах, мимо которых проезжаем, и о свойствах чилийского вина. Нам оно, по правде, не очень понравилось. Прославленный «Карменер» из лозы, которая не растет больше нигде в мире, - безвкусное, вяжущее язык пойло. Даже на подарки его не стали покупать. Зато виноградная водка писко - мое почтение! Но это мои личные приоритеты. О вкусах, как говорится, не спорят.
Новости-страшилки
Про Сантьяго наша новая приятельница не рассказывает ничего, не хочет предвосхищать события. 20 марта, через пять суток, должна вернуться из поездки в Патагонию Катя Бабичева, и есть договоренность, что в этот день она покатает нас по чилийской столице. Рейс в Европу, которым мы улетаем домой, - в половине одиннадцатого вечера, так что времени должно хватить с лихвой. «Катя объясняет лучше меня, - скромно замечает Агнес, - ее и расспросите». Но вот скажет ли кто, что случится через пять суток? Где по такому развитию событий окажемся мы, где Катя и где все остальные?
А покамест нас везут прямиком в отель, который находится в двух минутах ходьбы от крупнейшего аэропорта Сантьяго, - имени коммодора Артуро Мерино Бенитеса. Мы с умыслом выбрали себе такую дислокацию. Во-первых, были предупреждены о том, что многие кварталы Сантьяго опасны - и из-за традиционного криминала, и из-за все тех же, еще не до конца улегшихся протестов.
Сантьяго - он как Буэнос-Айрес, только навыворот. Если в БА самое без опасное место - центр, то тут советуют селиться на окраинах. А потом, когда постоянно находишься на низком старте, готовясь к следующим отрезкам путешествия, полезно держаться поближе к тем точкам, откуда будешь выезжать, точнее, вылетать.
Возле гостиницы прощаемся с Агнес и идем в номер. В животе сосет, но уже поздно куда-то ехать, а из ближайших пунктов общественного питания - ресторан в самом отеле. Но он так безобразно дорог, что мы не можем позволить себе отужинать в нем. На этот случай и купили еду в Винье. Ужин походный: рыбные консервы, колбаса, чай с печеньем. Все это в Чили вполне приемлемого качества, мы запаслись и на завтра, поскольку день может сложиться по-всякому. В НЗ еще и вода, ее в Чили, как и во всей Латинской Америке не рекомендуют пить из-под крана, даже кипяченую.
Перед сном созваниваемся с родными. В России уже раннее утро, в СМИ вывалена порция свежих новостей-страшилок. Тема везде одна - коронавирус. Больше мир не озабочен ничем. Проходит информация о том, что у берегов Чили поставлены на карантин два пассажирских лайнера. Как будто бы в ответ на ворчание нашего сегодняшнего шофера чилийское правительство опомнилось и стало резво закручивать санитарные гайки.
Родня просит бросить все и вернуться домой. Но как? Готовясь к путешествию с осени, мы не предполагали, что планету накроет пандемия. Собирались побыть в Чили подольше, билеты в Европу куплены именно на 20 марта. Напуганные вирусом туристы бегут по домам, стараясь покинуть чужой континент, поэтому переиграть и сесть на более ранний самолет можно только за такие баснословные деньги, каких у нас нет. Существуют, правда, различные маршруты с двумя-тремя-четырьмя пересадками, но они совсем уж экзотичны, мы их пока не рассматриваем.
На здание аэропорта за окном гостиницы наваливается ночная темнота, а мы все сидим и держим семейный совет. В итоге решаем ничего в планах не менять и стараться не забивать себе головы дурными мыслями. Решив так, укладываемся спать, совершенно не представляя, что принесет нам завтра.
(Продолжение следует.)
