(Продолжение. Начало в № 127, 131, 135, 139, 143, 151, 155, 159, 163, 166, 170, 174, 178, 182, 186, 190, 194 за 2020 г., № 1, 4, 8, 12 за 2021 г.)
Закрыто всё!
Места в самолете нам достаются козырные - в передней части экономкласса. Других кресел перед нами нет, что позволяет слегка вытянуть ноги и упереться ступнями в стену. Если приоткрыта занавеска, разделяющая салон для богатых и салон для бедных (то есть наш), то можно увидеть вальяжных обитателей бизнес-класса. У них кресла раскладные, почти что кровати. Хотя много ли радости на них смотреть? Мы люди гордые. Да и занавеску вскоре задергивают.
Первое, что бросается в глаза, а вернее, в уши, - обилие русских. Их речь слышна повсюду - и сбоку от нас, и позади. Оно и логично: не мы одни избрали этот путь для возвращения домой. Он извилист, тернист, зато много дешевле прямого, который не факт еще, что приведет куда надо с учетом закупоренной Европы. Земляки негромко переговариваются между собой. Из обрывочных реплик узнаем, что на днях закрылся для посещений парк водопадов Игуасу, где мы были четыре недели тому назад. Закрылось все.
Раздают носки, пледы, подушки. Почти как в гостинице. А и то - лететь без малого сутки. Перелет из Барселоны в Буэнос-Айрес, на который мы в свое время так долго и тяжело настраивались, выглядит теперь сущим пустяком, детской забавой.
К слову, о детях. Сын мигом обнаруживает запрятанный под кресло экран, выдвигает его, устраивает перед собой, втыкает наушники - и через минуту уже погружен в избиение виртуальных зомбаков. Такое бы при иных обстоятельствах вызвало с нашей стороны справедливые родительские нарекания, но сейчас - дитя при деле, не ноет, благодать. Мы и сами тычем в кнопки, находим залежи неувядающей рок-музыки, а под нее часы полета тянутся не так тоскливо. Слушаем Стинга, «Юрайя Хип», «Цеппелинов» и вечнозеленых «битлов». Засыпать бесполезно - скоро все равно разбудят шум и суета.
Часа через четыре, на рассвете, лайнер садится в аэропорту Рио-де-Жанейро. Снова привет, Бразилия! Но на этот раз мы тебя не увидим. Из самолета разрешено выйти лишь тем, для кого это конечный пункт. Остальным велено сидеть и не рыпаться. Весь персонал - чуть ли не в скафандрах, страх перед коронавирусной заразой дичайший. Пассажиры ведут себя индифферентнее, русские - те без масок, выглядят спокойными и скучающими. После двухчасовой стоянки вновь взлетаем и держим курс через океан. Теперь уже перегон предстоит длительный, можно и вздремнуть.
Пофигизм во спасение
Сын обложен подушками, похрапывает. Главное неудобство наших сидений - подлокотники у них не откидываются (туда встроены столики), а значит, три сиденья нельзя превратить в одно сплошное. Ребенку не вытянуться, но он и так умудряется заснуть. Мы ворочаемся на отсиженных пятых точках, пробуем устроиться то так, то эдак. Где-то ближе к Африке сон все-таки побеждает, проваливаюсь в клейкую дремоту. Продолжается она недолго: кто-то назойливо гундит в ухо не по-нашему. Стюардесса. Что-то втолковывает, показывает на кресла, в итоге будит нас всех троих. Не сразу въезжаем, что ей надо. Даже на родном языке спросонья не всегда поймешь, а уж тем более на иностранном да под густой гул турбин. Потом выясняется, что у меня не пристегнут ремень. Да и шут бы с ним! Турбулентности нет, табло не горит, до посадки - чертова уйма времени, имею право не пристегиваться. Но прикопалась, зараза, и ушла довольная.
Спать расхотелось. А чем тут еще заняться? Короткая прогулка в туалет, и опять - слушать бессмертный рок. Девятнадцать с половиной часов в самолете - адское мучение. Развлекаюсь тем, что смотрю на циферблат наручных часов, затем на виртуальную карту и пробую определить, сколько времени там, внизу, под нами. Летим на восток и постепенно приближаемся к своему временному поясу, от которого уже успели порядком отвыкнуть. А в точке следующей посадки, где предстоит покинуть самолет, мы даже перехлестнем московский меридиан, будем на час впереди. Таким манером путешествие в пространстве превращается в путешествие во времени.
Еще одно развлечение - еда. На протяжении этих девятнадцати часов кормят четырежды. Предварительно раздают меню, чтобы ты заранее прикинул, что хочешь взять. Позиций немного, выбирать приходится из двух, как и всегда в самолетах. Удобство лишь в том, что не надо соображать на ходу, не всегда догадываясь, что предлагают. Ощущаешь себя вроде как в ресторане, если бы не проклятые узенькие столики, на которых ничего не помещается и норовит свалиться на пол, особенно когда сосед невзначай двинет локтем.
К Аравийскому полуострову подлетаем уже в полубессознательном состоянии. Организм заражен… нет, не коронавирусом, а апатией. Ничего не хочется, абсолютный пофигизм. Без разницы даже, сядем, наконец, или так и будем вечно болтаться в воздухе.
Нежданный и нежеланный
Это наш первый визит в Азию. Нежданный и нежеланный. Но пережить можно, ведь стык между рейсами - всего четыре часа.
По-черепашьи выползаем из салона, ноги слушаются плохо. Готовим паспорта - уверены, что их проштампуют. У арабов, говорят, не забалуешь. Но нет, пограничников не видно, зато обилие таможенных постов с непременными рамками и рентген-аппаратами. Здесь все поголовно в масках, дисциплина, с раздолбайской Южной Америкой не сравнить. Пассажиров, правда, никто не шпыняет - не хотите предохраняться, не надо, это ваше право. Санитарные кордоны с градусниками тоже отсутствуют.
Коли выпала оказия, неплохо бы взглянуть на Арабские Эмираты. Но все, что видели, - огни большого города в темноте, когда садились. Под конвоем суровых масочников нас сопровождают в накопитель, откуда через несколько минут загоняют в автобус. Шаг влево, шаг вправо - строго возбраняется. Автобус везет группу пассажиров с нашего чилийского рейса в другой терминал. Везет долго, почти полчаса, петляет так хитроумно, словно у водителя есть задание сбить со следа погоню. Или запутать нас - чтобы не запомнили обратную дорогу. Хотя ее и при большом желании не запомнишь - смотреть по сторонам совершенно не на что: ангары, боксы, все неприметное и малоинтересное. Пока едем, поднимается солнце, начинается новый день.
Едва выходим, как всех тут же препровождают в зал ожидания. Этим и ограничивается знакомство с Дубаем и страной в целом. Зал просторный, кондиционеры гоняют в воздухе пары пахучего антисептика, от которого першит в горле. В девять утра рейсом компании «Флай Дубай» отбываем в Россию. Пять часов лету - это для нас, повидавших виды, смешно. Перегон кажется коротким, и мы удивляемся тому, насколько быстро он совершается.
В Москве светит солнце, но при этом дует ледяной пронизывающий ветер. Он холоднее, чем все ветры Огненной Земли и Магелланова пролива вместе взятые. Легкие куртки и тонкие свитера, которые спасали от тамошних ненастий, здесь оказываются бессильны. Покуда бежим от вокзала через площадь, стынь пронизывает насквозь.
Наше путешествие окончено. Начинается новый этап, который надо не столько прожить, сколько вытерпеть. Но это уже, как пишут в финальных строках старых романов, совсем другая история.
